Публикации

Версия для печати
27.12.2006. Фарсовая «холодная война»

Не соглашусь с едва ли не доминирующим в экспертном и журналистском сообществах в России и за рубежом мнением, что уходящий год был для российской внешней политики чуть ли не провальным.

Год был трудным, но в итоге весьма успешным. Делались ошибки, но успехи, и в том числе за счет качества дипломатической работы, явно превалировали. Более чем удачным, по крайней мере, в политико-информационном плане оказалось проведение саммита «большой восьмерки». Российское руководство показало себя зрелым партнером, умеющим продвигать свою повестку дня, а не только обсуждать предложенную другими. Был дан серьезный толчок развитию самого института «G-8» через привлечение новых лидеров мира — Китая, Индии и ряда других держав — к предварительному обсуждению проблем, стоявших на повестке дня встречи. Приблизился тот момент, когда новые лидеры войдут в клуб ведущих стран мира, сделав его более легитимным и, будем надеяться, более эффективным.

Пока удачно завершились маневры и на иранском направлении. Мы добились такой резолюции ООН, которая, с одной стороны, продемонстрировала неприятие международным сообществом (и самой Россией) возможных усилий Тегерана по созданию ядерного оружия, а с другой — обеспечила наши геостратегические и экономические интересы и перекрыла законные пути к использованию силы против Ирана, что привело бы к катастрофическим последствиям.

Россия добилась согласия США на вступление в ВТО. И опять же во многом за счет более искусной дипломатии. Договоренность была достигнута не только в результате многофакторного торга, но и благодаря тому, что Москва наконец отказалась от постоянных постановок себе временных рамок для вступления. Они создавали побудительные мотивы партнерам-конкурентам для выдвижения новых требований.

Россия продолжила расширение своего экономического и политического присутствия в поднимающейся Азии. Резко возросла активность на расширенном Ближнем Востоке. А без такой активности невозможно претендовать на роль первоклассной державы, тем более мирового лидера в области энергетики.

Улучшились отношения с Украиной. Начав год с перекрытых газовых задвижек, мы заканчиваем его с конструктивными, если не дружелюбными отношениями с Киевом. Цена на газ стала при всех компромиссах справедливой.

Оказалась отодвинутой, а при умелой политике в следующие годы и похороненной перспектива членства Украины в НАТО. Между тем еще в начале 2005 года возможность объявления в уходящем году о быстром вступлении Украины и провоцировании таким образом масштабного кризиса была весьма реальной.

Наконец, главное — геостратегический ветер продолжал дуть в наши паруса. Энергетика остается критическим фактором в мировой политике. На фоне продолжающейся дестабилизации международных отношений военная сила и готовность ее использовать продолжила, к неудовольствию всех нас, возвращение в ряд главных факторов, определяющих мощь и влияние. А мы являемся, несмотря на огромный отрыв от США, второй мировой военной державой.

Прогрессирующая слабость США, вызванная иракским фиаско, ослабление из-за вползания во внутренний системный кризис международно-политических позиций Евросоюза, усиление Китая, пока выгодное России, продолжающаяся дестабилизация расширенного Ближнего Востока, даже приближение Ирана к способности производить ядерное оружие делают нас относительно все более влиятельными без каких-либо усилий с нашей стороны. Нам просто везет, что в российской истории является исключением. Правда, почти все вышеперечисленные факторы остаются временными.

Продолжающееся быстрое усиление России не могло не вызвать роста опасений и противодействия. Мы с ним в полной мере столкнулись в 2006 году и будем сталкиваться в году следующем. Противодействие вызвано прежде всего нашим усилением — больших и сильных не любят. Никто, кроме совсем уж сервильных клиентов, не любит США, соседи опасаются мощи Индии, все, в том числе и мы, побаиваемся Китая.

Неожиданно быстрый рост международного веса России испугал многих, в том числе и потому, что мы поддались искушению головокружения от успехов и порой вели себя высокомерно. Была недооценена реакция на нашу неоконсервативную внутреннюю консолидацию, которая начинает выглядеть извне как поворот к реакции. Для многих на Западе, по-прежнему задающем тон в мировом информационно-политическом пространстве, мы начали становиться не своими, хотя и особенными, но чужими и даже потенциально враждебными.

На этом фоне приходится особенно дорого платить за ошибки. Манера, в которой мы перекрыли газ Украине, наложившись на европейское самоощущение политической слабости и энергетической уязвимости, вызвала непропорциональную реакцию. Ей стали быстро подыгрывать из Вашингтона.

Наши явно чрезмерные действия в ответ на хулиганские визги из Тбилиси были также восприняты как проявление неоимпериализма старого толка. Вполне адекватно негативным было отношение к отвратительным попыткам проведения чего-то похожего на этнические репрессии против грузин, грузинских фирм в России.

Платим мы, хотя пока и недорого, за непродуманную тактику геостратегического контрнаступления. Воспользовавшись благоприятной конъюнктурой, мы начали восстановление позиций сразу на всех фронтах, не выбирая направление «главного удара». В результате растянули позиции и вызвали почти повсеместное сопротивление.

Шквал атак, обрушившихся на Россию в уходящем году, объясняется и хладнокровным расчетом, направленным на то, чтобы выторговать более выгодные позиции в энергетическом диалоге, заставить Россию безоговорочно, забывая свои интересы, следовать в фарватере политики других стран в отношении Ирана.

Эти нападки надо воспринимать философски. Советский Союз был «угрозой», когда превосходил чуть ли не весь остальной мир по грубым показателям своей военной мощи, но сыпался изнутри. Была «угрозой» и Россия, когда в 90-е годы на ее территории почти не существовало нормального государства.

Частая явная несправедливость критики лишает самих критиков моральной легитимности. Чего стоит истерика вокруг «дела Литвиненко», призывы к НАТО стать военно-политическим инструментом давления для обеспечения доступа к энергетическим ресурсам добывающих стран, в первую очередь России.

Или уж совсем странное впечатление производят официальные американские протесты против «политически обусловленных» повышений цен на энергоносители, поставляемые в Белоруссию. И это после многолетних обвинений Москвы в том, что она своими низкими ценами поддерживает минский режим.

Но от того, что партнеры утрачивают морально-политические устои и притягательность, не легче. Даже труднее. Не на что и не на кого опереться во внешнем мире.

Что делать? Не повторять ошибок, не поддаваться на провокации, не раскручивать маховик контрагитации, особенно внутри страны. Его трудно будет остановить. Осознать, что мы вползаем в неглубокую и фарсовую, но «холодную войну». Придется ее пересиживать. Мы пока почти неуязвимы.

Нужно использовать время для внутренней политической и экономической модернизации страны. Ресурс постреволюционной неоконсервативной консолидации исчерпан. Нужно снова начинать идти вперед. Если мы пойдем по такому пути, то недовольные усилением России будут оттеснены на второй план. Произойдет адаптация к новой более сильной России. И мы начнем новый раунд конструктивного сближения с внешним миром, в том числе и с традиционным Западом. Но на более выгодных условиях.

В прошедшем году мы продолжили поступательное движение вперед. Но несли все более ощутимые потери. Это был «праздник со слезами на глазах». Чтобы «праздник» продолжался, а слез было меньше, нужно трезво оценить уроки не только ошибок, но и побед, чтобы последние не стали пирровыми, а первые не превратились бы в поражения.

// Российская газета