Публикации

Версия для печати
04.03.2013. Фатальные оттепели


Во время холодной войны как Советский Союз, так и США в более мягком виде накладывали внешние ограничения на деятельность государств и обществ, в результате чего давние конфликты между малыми странами были «заморожены». Однако в 1990-х, после распада Советского Союза, эти конфликты стали «оттаивать».

Уже находясь к тому времени в состоянии роста межэтнической напряженности, Югославия стала первой страной, которая распалась в результате конфликта. Вскоре после этого разразилась война между Арменией и Азербайджаном, за которой последовали боевые действия в Приднестровье и Чечне. В то время как одни конфликты разрешались – Запад, в конце концов, осуществил военное вмешательство в бывшую Югославию, а Россия вела войну в Чечне практически десять лет и примирила конфликтующие стороны в Приднестровье ‑ другие, такие как конфликт между Азербайджаном и Арменией, просто были заморожены заново.

К счастью, вспыхнули не все потенциальные конфликты. Советский Союз не погряз в насилии, как было с большинством империй – это результат, который нельзя объяснить только божественным провидением или просто удачным стечением обстоятельств. Несмотря на рост националистических настроений и взаимных подозрений, Центральной и Восточной Европе также удалось избежать конфликта благодаря их быстрому вступлению в НАТО и Европейский Союз.

В тот момент во всем мире раздался вздох облегчения. Однако в начале 2000-х, глобализация вызвала «второй этап размораживания», облегчив быстрый экономический рост для стран Азии, которые на протяжении двух веков были ограничены западным господством, правилами и институтами Холодной войны, а также растущей нищетой.

Вместе с процветанием экономики пришло увеличение стратегического влияния, что привело к возникновению региональной геополитики, формируемой, скорее, за счет национальных интересов и страхов, а не внешними силами. Неудачи Запада в Ираке и Афганистане, а затем и мировой экономический кризис (который выявил серьезные структурные недостатки в США и ЕС, которые их правительства оказались не в состоянии решить) лишь ускорили этот процесс.

В результате Европа практически отказалась от своей геополитической роли, от которой ни осталось никаких свидетельств существования, помимо сохранившейся торговли в Восточной Азии. Хотя США и сохранили значительную часть своего влияния, сочетание структурных экономических проблем, разделенной элиты и, де-факто, двух военных поражений, препятствуют их способности применять эту власть.

Старые союзы – такие как Организация Договора Юго-Восточной Азии, Организация Центрально-Восточного Договора, а также Договора по безопасности с участием Австралии, Новой Зеландии и США – умерли или умирают. А формирование новых альянсов оказалось трудным процессом, с учетом того что Индия отвергает предложения США, сделанные с несвойственной для последних сдержанностью.

Между тем, на данный момент Азия обеспокоена активизацией территориальных споров относительно суверенитета над территориями Южно- и Восточно-Китайского морей, и страны вновь вспомнили старые претензии друг к другу. Восточная и Южная Азия вовлечены в гонку вооружений, в основном на море. Все боятся Китая, который остается относительно мирным, однако больше не заботится о том, чтобы скрывать свою растущую военную мощь. Без каких-либо ожиданий относительно появления в ближайшее время новой пан-азиатской архитектуры безопасности, уход Запада из данного региона порождает вакуум в этой сфере.

Кроме того, на Большом Ближнем Востоке последовательное падение светских диктатур в сочетании с ослаблением внешнего контроля спровоцировало новые и возродило старые подозрения, региональные разногласия и недоверие к посторонним, в целом, и к Западу, в частности. В результате регион вступил в период конфликта, социальной деградации, растущего национализма и растущего религиозного фанатизма.

Однако наибольшую угрозу несет возможность того, что ЕС может рухнуть, вызвав тем самым третью волну размораживания. ЕС, призванный сломать разрушительный цикл европейского национализма, который способствовал росту двух тоталитарных систем и вызвал две мировые войны, был создан в качестве прототипа гуманного мирового порядка. После того как Европа на протяжении веков была своим же, а таким образом и мировым, худшим врагом, она стала маяком мира.

Однако, отдыхая на лаврах основателей ЕС, пришедшие им на смену европейские лидеры так и не смогли принять конкурентные вызовы, брошенные глобализацией. Они, судя по всему, забыли, что в основе европейского проекта лежала политическая, а не экономическая мотивация, которая вынудила их рваться к расширению и ставить нереальные цели. Теперь им необходимо заплатить за свои ошибки капитальным ремонтом всей институциональной структуры ЕС и еврозоны.

В то же время европейцы должны готовиться к еще более глубокой трансформации. Для того чтобы восстановить конкурентоспособность экономики, европейским странам придется отказаться от приличной части ее политики социального обеспечения и реформировать свои политические организации. Большинство европейцев предпочитают игнорировать надвигающиеся задачи радикальных политических реформ из-за того, что они подразумевают последующее снижение уровня жизни.

Мировые лидеры должны поощрять Европу к решительному решению своих проблем, предлагая ей совет, финансовую поддержку и конструктивную критику. Россия должна настаивать на создании Европейского альянса – новой основы для экономических и дипломатических отношений между ЕС, Россией и остальной Большой Европой – который мог бы предложить вариант выхода из системного кризиса Европы.

Первое размораживание имело серьезные последствия. Сегодня мировые лидеры должны работать над минимизацией последствий второго и использовать все доступные средства для предотвращения третьего размораживания.

//Опубликовано в The Project Syndicate 4 марта 2013.