Публикации

Версия для печати
12.12.2005. Центральная Азия: возвращение России

Выиграв часть «большой игры» против Великобритании в середине второй половины XIX века за позиции в Центральной и Средней Азии, Москва в результате вырвала «поражение из рук победы». Россия присоединила Бухарское, Кокандское ханства, Хиву, Самарканд, создало Туркестанское генерал-губернаторство, но не получила ни ресурсов, ни безопасности. Отсталые феодальные регионы стали пожирателями сначала российских, а потом и советских ресурсов и развивались в значительной степени за счет центральных районов Российской империи и позже СССР.

Не хочу умалять ни великой культуры, наследниками которой центральноазиатские республики остаются, ни трудолюбия их народов. Они тоже пострадали от советского эксперимента, уничтожившего Аральское море, заставившего жить значительную часть населения в невыносимых экологических условиях. Нельзя забыть и гостеприимство этих республик, оказанное беженцам и эвакуированным в годы Великой Отечественной войны, героизм их солдат.

После Беловежского соглашения они получили независимость, к которой не стремились. Россия, занятая своими делами, о них забыла. Большинство из них покатилось назад и экономически, и социально-политически. Российская дипломатия и российская 201-я дивизия помогли только Таджикистану преодолеть гражданскую войну.

Правители нищих и слабых стран, не получая ничего из Москвы, пытались получить помощь откуда могли и получали — чисто символическую — из Вашингтона.

Ситуацию изменили теракты в Нью-Йорке и наступление талибов на север. США вмешались и, использовав гласную помощь России и негласную — Ирана, их разгромили. Чуть ли не в первый раз за Россию кто-то решил одну из главнейших проблем ее безопасности. Москва поддержала развертывание баз США и НАТО в Киргизии и Узбекистане. Региону стали уделять внимание. Но не его социально-экономическому развитию, которое оставалось катастрофическим или даже деградировало.

Американцы, правда, пытались с помощью мягкого давления и оказания помощи организациям гражданского общества, прессе содействовать демократизации режимов. Но, как и везде на «расширенном Ближнем Востоке», эти затеи провалились. Демократизация перед модернизацией экономики, образования, самого общества в нищих и отсталых странах не приживается.

Мы практически не помогали никому. Создали ОДКБ, затем Шанхайскую организацию сотрудничества, имеющую будущее. Но реально сделано было пока очень мало.

Наша же пресса, вслед за американской, пестрела рассуждениями о начале «второй большой игры» за Среднюю Азию. На этот раз между Россией и США с участием Китая. Официальные лица были, наоборот, подчеркнуто дружелюбны, демонстрировали общность целей в отношении региона.

Похоже, что эксперты в очередной раз пали жертвой своих идиосинкразий, выработанных в годы «холодной войны». И не хотят понимать, что кроме борьбы за эфемерное влияние в том или ином регионе существуют и серьезные интересы крупных держав, которые по большей части в Центральной Азии совпадают. Это борьба против терроризма, религиозного экстремизма, политической нестабильности, которые, если победят, сделают существующую вялую конкуренцию за ресурсы региона вообще бессмысленной. Ресурсы невозможно будет ни добывать, ни вывозить.

Затем наступил Андижан. Стала еще более очевидной хрупкость ключевой страны региона, дестабилизация которой практически неизбежно взорвет его весь. США, следуя демократической догме, обрушились с критикой на Ташкент. Последний обиделся и потребовал вывода американских и натовских баз. Вывода базы потребовала, было, и Киргизия, но при российской поддержке одумалась.

Россия, менее щепетильная в вопросах прав человека и имеющая гораздо больше оснований, чем США, опасаться дестабилизации Узбекистана, предложила Ташкенту военно-политический союз, предполагающий возможность помощи в случае угрозы безопасности сторон. Стороны договорились и о размещении российской базы на территории Узбекистана. Никто, насколько я знаю, из официальных лиц США против этого не возражал.

Это радует, но и настораживает. Похоже, что нам уступают достаточно опасную и политически малопривлекательную нишу гаранта стабильности в падающей бывшей советской Центральной Азии. За эту передаваемую нам роль нас еще будут критиковать либеральные политики и СМИ. США же, видимо, более чем достаточна роль «гаранта» в Афганистане, Ираке и далее по списку.

Но какой бы опасной и малопривлекательной ни была навязываемая нам роль, отказаться от нее не удастся. Дестабилизация Узбекистана взорвет все наше южное мягкое подбрюшье. Болезнь неизбежно начнет распространяться на Казахстан, единственное сильное союзное нам государство на территории СНГ, на весь газоносный и нефтеносный регион Прикаспия и Центральной Азии. Заключая союз с Узбекистаном, размещая там наши войска, мы, к сожалению, вынуждены платить по долгам «большой игры» царей XIX века и советской политики XX века. Но боюсь, что от географии и истории не уйти.

А коли так, надо по крайней мере попытаться, сколько можно, избегать повторения ошибок прошлых веков.

Во-первых, абсолютно бессмысленно просто перекачивать ресурсы. Они лягут на неподготовленную почву и уйдут как вода в песок. Исключениями могут стать помощь в подготовке вооруженных сил и сил безопасности, в массовом образовании молодежи в российских вузах, расширение контактов с элитами этих стран.

Второе. Соревнование за ресурсы региона останется. Но нельзя его превращать в геополитическое соперничество, в фарсовое повторение «большой игры». Общие интересы, как я уже говорил, превалируют над разногласиями. Поэтому стоит максимально координировать свою политику с интересами других великих держав, в первую очередь США и Китая. Нельзя допустить, чтобы эти державы разыгрывали нас против друг друга или чтобы мы испортили отношения с какой-либо из них, увлекшись играми, основанными на допотопном мышлении.

Я бы не стал исключать постановку вопроса о предоставлении статуса наблюдателя при ШОС для США. Не стоит допускать, чтобы кто-то явно использовал ШОС для попытки вытеснения Вашингтона из Средней Азии. Если такое вдруг произойдет, там возникнет крайне опасный геополитический вакуум.

Третье. Необходимо мягкое стимулирование государств региона в сторону разумной политической и экономической модернизации, которая могла бы вывести их из спирали, ведущей вниз, из числа падающих государств.

И, наконец, может быть, самое важное. Политика в отношении этих стран не должна быть затратной, которой она по большей части была в прошлые века.

Необходимо и активное привлечение рабочей силы из региона в трудодефицитные районы и отрасли России. Жители Центральной Азии чаще всего знают русский язык и законопослушны. Они, как правило, не придерживаются радикального ислама. В России они не только будут работать на нашу страну, но и, возвращая деньги родным, смягчать социальные проблемы дома.

И последнее. Российские мусульманские организации при поддержке государства могут и должны помочь местным мусульманам противодействовать с помощью образования радикальным исламским течениям, которые пытаются проникнуть в регион с юга.

Если мы не можем избежать бремени ответственности, нужно по крайней мере сделать его максимально рентабельным и «вырвать победу из рук поражения».

// Российская газета